Их были тысячи…


Автор: Елена Хорошева

Фото: Степан Кириченко

10.04.2017

Почти полвека большая семья Ничиперовичей не знала, что случилось с их мужем и отцом. 25 октября 1937 года его вызвали по работе в село Коса, и он так и не вернулся домой. Через много лет выяснилось, что Александра Фабияновича арестовали, обвинили в шпионаже и спустя два месяца расстреляли. 5 апреля в память об А.Ф. Ничиперовиче по инициативе редакции краевой газеты «Звезда» и жителей поселка Сергеевский Гайнского района был установлен памятный знак «Последний адрес».

Траурную церемонию открыл глава поселения Виталий Владимирович Тиунов. Молодой руководитель многое сделал для того, чтобы акция состоялась, чтобы к месту, где проживала семья Ничиперовичей пришли жители поселка – ветераны и школьники. Встреча незаметно перешла в общий разговор, люди вспоминали годы испытаний, выпавших на долю спецпереселенцев.

Sergeevskiy_05042017_1

Глава поселения Виталий Владимирович Тиунов: отсюда навсегда увели Александра Фабияновича Ничиперовича.

- Александра Фабияновича я, конечно, на свете божьем не застала. Но очень хорошо знала его жену - Сабину Иосифовну. Наши семьи дружили, - рассказывает Тамара Терёхина.

Дедушку и бабушку Тамары Михайловны - Кирилла и Евгению Шепель - тоже, как и тысячи крестьян, раскулачили и выслали на север Коми-Пермяцкого округа. Вот только Ничиперовичи жили в Минской области, а родственники Тамары Терёхиной в Ростовской области. Александр Фабиянович был фельдшером. После его ареста за медпомощью люди стали обращаться к Сабине Иосифовне. Она, по словам Тамары Михайловны, в медицине разбиралась, часто выручала людей.

- У них так много книг по медицине было, - вспоминает старейшая ссыльная, жительница поселка, 93-летняя Елена Михайловна Чащина. - Потом врачевала и их дочь Анна.  

Sergeevskiy_05042017_3

Старейшая жительница поселка Сергеевский 93-летняя Елена Михайловна Чащина вспоминает о тяжелых временах ссылки.

Жили Ничиперовичи в той части Сергеевского, которую местные жители до сих пор называют старым или кулацким посёлком.

- Здесь и селили спецпоселенцев в 30-х, - замечает Тамара Терёхина. - А умерших хоронили на болоте, прямо в воду, недалеко отсюда. На поселковом кладбище хоронить ссыльных первое время не разрешали.

Зоной приема семей кулаков из западных территорий страны Коми-Пермяцкий округ определили в 1929 году. Раскулаченных везли до станций Григорьевская и Менделеево, после чего под конвоем колонной гнали в лесные поселки. «Они, обессиленные от голода и изнуренные месячным переездом в товарных вагонах, умирали в пути. Трупы умерших и замерзших хоронили в снегу на обочинах, а весной местные жители собирали их и хоронили на кладбище», - рассказывают историки Нина Дерябина и Анатолий Коньшин в своей исследовательской работе «Формирование системы спецпоселений в Коми-Пермяцком округе в 1930-1940 годы».

- Тех, кто добрался до места назначения, бросали на пустом месте. Вобьют кол в землю, и все – обживайтесь, как хотите, - рассказывает почетный председатель пермского краевого общества «Мемориал» Александр Калих. - У людей не было инструментов, лопат, ничего. Они рыли землянки, строили шалаши.

Больше трети из тех, кто прибыл в Сергеевский, погибли. Но те, кто сумел выжить, со временем построили дома, наладили жизнь в поселке.

- Они были хорошими, умелыми хозяевами. Именно лучших людей, лучших крестьян та власть и уничтожала, - говорит Александр Калих. – Сначала против них настраивали местное население, но потом постепенно люди поняли, что ссыльные – никакие не враги, они настоящие работяги, такие же, как и местные.

Но на этом гонения в отношении раскулаченных советская власть не закончила. Наступил 1937 год, прозванный годом большого террора. Начались массовые аресты выходцев из кулацких семей. Обвинения были немыслимыми: шпионаж, создание контрреволюционных повстанческих организаций, подготовка террористических актов против руководителей партии и правительства. В эту сеть попал и Александр Фабиянович Ничиперович. 25 октября его вызвали в село Коса якобы за медикаментами. Когда он прибыл на место, сотрудники Косинского райотдела НКВД его арестовали. Фельдшеру вменили причастность к польской разведке, осудили его и 7 января 1938 года в городе Свердловске расстреляли.   

В спецпоселке «Сергеевский» у Александра Фабияновича остались жена и пятеро детей. Самой младшей дочери было четыре года, старшему сыну — 14 лет. Сабину Иосифовну, как и других ссыльных женщин, направили на лесоповал. Вскоре, надорвавшись от непосильного труда, Сабина Иосифовна слегла. Старшим детям пришлось бросить школу и идти на лесные работы, чтобы получать рабочий паек.

Из всей семьи пробиться к высшему образованию сумел лишь Альберт. Он стал журналистом, многие годы работал в редакции газеты «Звезда». «Когда мы выросли, когда позади были те трудные времена, мать как-то вспоминала: «Кто-то из вас в одну военную зиму потерял карточки. Корова – в запуске. Идти и просить что-то у соседей — было уже стыдно. Возвращаюсь с работы, и ноги подкашиваются, боялась увидеть ваши голодные глаза. Приходила тогда страшная мысль: взять батькину бритву и всех порезать во сне, а потом самой повеситься…», - написал Альберт Ничиперович в статье «Спецпереселенцы», опубликованной в №4 журнала «Лесная новь» за 1990 год.

До самой смерти Сабина Иосифовна (она умерла в 70-ые годы) ждала. Надеялась, что ее муж жив и однажды вернется. В 1956 году, после двадцатого съезда КПСС, она написала письмо начальнику областной милиции: «В 1937 году в октябре мой муж Ничиперович Александр Фабиянович был якобы райздравом села Коса вызван, а фактически по прибытию арестован. С тех пор я не знаю, за что? И куда исчез мой муж? Убедительно прошу вас оказать мне помощью по существу моего заявления и сообщить, жив ли мой муж и за что был арестован».

Но ответ Сабина Иосифовна так и не получила, как и на четыре последующие письма, в которых слезно просила ответить на вопрос «Где мой муж?».

В феврале 1991 года уже сын Александр обратился за помощью в региональное управление КГБ. Наконец-то пришел ответ. Ему сообщили, что отца по надуманному обвинению осудили якобы за причастность к польской разведке и приговорили к высшей мере наказания – расстрелу. Место захоронения не установлено. Также в документе было сказано, что 23 апреля 1957 года Александра Фабияновича Ничиперовича реабилитировали, а уголовное дело закрыли за отсутствием в его действиях состава преступления.

Сегодня детей Александра Фабияновича уже нет в живых. В поселке Сергеевский живут его внучка Галина и правнук Александр, который, говорят, внешне очень похож на своего деда. Другая внучка Александра Фабияновича живет в Кудымкаре. Но она приехать на установку памятного знака «Последний адрес» не смогла, поскольку в тот день ее положили в больницу на операцию.  

Sergeevskiy_05042017_2

Надолго запомнят эту встречу старшеклассники местной школы.

Жители Сергеевского добрым словом вспоминают семью Ничиперовичей. Геннадий был участником Великой Отечественной войны, получил девять боевых наград, участвовал в параде Победы в Москве. В поселке Сергеевском он работал мастером лесозаготовок. Александр, окончив Лесной техникум, руководил лесопунктом. Полина стала учителем начальных классов, работала директором школы. Анна тоже закончила техникум, преподавала в школе, работала библиотекарем. Альберт, как уже говорилось, стал известным журналистом.

Табличка «Последний адрес» в память об Александре Ничиперовиче стала первой, установленной в Гайнском районе, и третьей — в Коми-Пермяцком округе. В августе 2015 года такой знак был установлен в селе Купрос Юсьвинского района в память о Валентине Старцеве, а в апреле 2016 года — в деревне Лопатина Кудымкарского района в память о Филиппе Лопатине. Всего в Пермском крае, по данным общества «Мемориал», на сегодня установлены 20 мемориальных знаков «Последний адрес».

Sergeevskiy_05042017_4

znak_A_F_Nichiperovicha

Мемориальный  знак «Последний адрес» установлен в память об Александре Фабияновиче Ничиперовиче.

Проект «Последний адрес» — это гражданская инициатива, направленная на увековечивание памяти о людях, подвергшихся политическим репрессиями в годы советской власти. В память о пострадавшем на стене дома, из которого человека в свое время увели, устанавливается маленькая, размером чуть больше ладони, мемориальная табличка. Любой желающий может установить памятный знак, подав заявку на сайте проекта. Консультацию можно получить в Пермском краевом обществе «Мемориал» по тел.: (342) 282-54-42, (342) 281-95-59; e-mail: pmem@yandex.ru; почтовый адрес: 614070, г. Пермь, ул. Крупской, д. 40. Координатор проекта в Пермском крае — Александр Чернышов, 8-909-109-75-45.

 

Поделиться:

Также рекомендуем прочитать:
| В Березниках и Добрянке будут установлены таблички с последними адресами жертв сталинского террора
| Эго прошедшей войны
| Путин и Сталин: в чем проблема «демонизации» истории
| “Кто-то забыт, что-то точно забыто”
| Поезд идет на восток. История срочника, оказавшегося в коме через неделю после призыва
| Памяти Стенинга Волеслава Карловича
| Камни памяти. Столкновения истории «большой» и «малой»: возможен ли компромисс?
| Антисоветский музей. Памятка еврею, поступающему на мехмат МГУ. Зачем был нужен домашний университет для еврейских детей
| Пермский «Мемориал» поблагодарил альтернативнослужащих геронтоцентра
| Норильское восстание 1953 года. Передача вторая. Материал от 08 июня 2013 года

blog comments powered by Disqus