Исторический раздел:

Массовые репрессии 1937 – 1938 гг. Секретный приказ №00447.


В данном разделе представлены документы Пермского государственного архива новейшей истории (ПермГАНИ), касающиеся исполнения оперативного приказа № 00447 наркома внутренних дел СССР Н. И. Ежова от 30 июля 1937 г. «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и др. антисоветских элементов».  Они демонстрируют масштаб дел, характер репрессивной кампании, ширину социальной базы репрессированных, фальсифицированный характера следственных дел, методы ведения следствия.

В приказе №00447 перечислены категории граждан, подлежащих репрессии: бывшие кулаки, «продолжающие вести активную антисоветскую подрывную деятельность», «бежавшие из лагерей и трудпоселков», или «скрывшиеся от раскулачивания», а также ранее «состоявшие в повстанческих, фашистских, террористических и бандитских формированиях, отбывшие наказание» или избежавшие репрессий, а также «активные антисоветские элементы из бывших кулаков», «члены антисоветских партий», бывшие белые, чиновники, бандиты и бандпособники, сектантские активисты, церковники, уголовники как находящимися на свободе, так и содержавшимися в лагерях. Все они были  разделены на две категории: «наиболее враждебные» и «менее активные элементы». Первые подлежат расстрелу. Вторые — заключению в лагерь на срок от 8 до 10 лет. На каждую область страны установлены так называемые лимиты на количество репрессированных. Потом эти лимиты еще и увеличивали. Расписан порядок ведения следствия: ускоренный и упрощенный. Установлены меры наказания и способ их назначения. Приговоры выносила заочно областная (республиканская, или краевая) тройка.

«Массовая операция 1937–1938 гг. вошла в историю под именем «кулацкой операции». Но на деле все было не совсем так. На территории будущей Пермской области исполнители приказа подвергли репрессии около 8000 человек. Из них 5060 человек (63,8 %) было расстреляно в течение года. Среди репрессированных преобладали рабочие — 3565 человек, или 44,8 %. Как минимум половина из них была занята на предприятиях тяжелой промышленности, в том числе (примерно четверть от общего числа) квалифицированные работники, обслуживающие машины и механизмы. Немалую долю составляли служащие — 1151 человек, или 15,5 % в общем составе репрессированных. Среди них — врачи, инженеры, экономисты. Доля работников сельского хозяйства: колхозников, рабочих совхозов, единоличников составляет 2049 человек, или 25,7 %. И хотя во всех отчетах, посылаемых Свердловским УНКВД в Москву, речь шла о «заклятых врагах Советской власти» — кулаках, белоповстанцах, карателях, на самом деле под оперативный удар попали обыкновенные рабочие, крестьяне, служащие. В ходе операции в группу риска попадали как активисты — стахановцы, ударники труда, составлявшие ближайшее социальное окружение партийного и хозяйственных аппаратов, но также и работники, подозрительные по своим прежним и нынешним связям с раскулаченными, замеченные в недобросовестном отношении к трудовым обязанностям, в недостаточной лояльности к системе. Несмотря на кажущуюся целесообразность в обосновании операции, на рационализацию примененных в ней технологий, она остается бессмысленной бойней, завершившейся казнью ее собственных организаторов и особо рьяных исполнителей».

 

Более подробно о ходе «кулацкой операции» можно прочитать:

Поделиться:

Также рекомендуем почитать:
| Возвращение имён продолжается
| 18-ое кладбище: ошибка или правда?
| МВД и КГБ Белоруссии ответили историкам: «В архивах нет информации о местах расстрела жертв репрессий»
История строительства Камского целлюлозно-бумажного комбината и г. Краснокамска в 1930-е гг.
Информация по спецпоселениям ГУЛАГа в г. Чусовом и Чусовском районе Пермского края, существовавших
в 1930-1950-е годы

Воспоминания узников ГУЛАГа
| Боялись, ждали, что сейчас придут
| Я родился в «сорочке»
| Главная страница, О проекте