Открытое обращение в УФСБ Свердловской области


Начальнику УФСБ России по Свердловской области

Вяткину А. П. 

 

Уважаемый Александр Петрович!

Неделю назад интернет-газета ZNAK в статье от 19.11.2019 процитировала высказывание депутата городской думы Екатеринбурга Александра Колесникова, которое он сделал, выступая по поводу строительства биатлонного комплекса на 11-м километре Московского тракта близ города Екатеринбурга:

«…Никогда на полигонах не расстреливали, ни в Москве, ни здесь … у нас некоторые люди еще не отошли от шизы 1989 года, и кричат, что все были расстреляны, и все были казнены при Сталине …. Затверждаю – расстрелов там не было. Это истерия, раздутая на антисоветской волне во время перестройки…».

Обращаюсь к вам в связи с этим высказыванием депутата. 

Были или не были расстрелы на полигонах – вопрос, требующий специального изучения. По имеющимся историческим данным, в разных местах было по-разному. Например, есть свидетельства, что на Бутовский полигон в Москве привозили живых граждан и расстреливали их на полигоне. А в Коммунарку (еще одно московское место массовых захоронений времен Большого террора), по всей видимости, привозили уже трупы, а расстрелы проходили в московских тюрьмах. Есть свидетельства, что в Свердловске (ныне Екатеринбург) расстрелы проводились во внутренней тюрьме УНКВД Свердловской области (располагавшейся ранее на ул. Ленина, 17), а на 12-й км Ново-Московского тракта привозились трупы, где их и захоранивали в общих рвах. Надеемся, что, когда историки получат возможность открыто работать с документами НКВД 1930-х годов, вопрос о процедуре расстрелов будет прояснен и для широкой общественности.

Но смысл высказывания господина депутата не в этом. В своем выступлении он не требовал раскрытия архивных документов, чтобы узнать правду о том, как и где расстреливали советских граждан. Насколько можно судить, господин депутат подвергает сомнению существование фактов, свидетельствующих о массовых расстрелах граждан в те времена, когда страну возглавлял И. Сталин.

В настоящее время известно, что в 1937–1938 гг. на территории Свердловской области (включавшей в то время территорию современного Пермского края, часть Удмуртии, а также современной Свердловской области за исключением нескольких ее районов на границе с Челябинской и Тюменской областями) сотрудниками УНКВД по Свердловской области, в рамках проведения массовых операций, было расстреляно не менее 11600 человек по так называемой «кулацкой» операции и не менее 8100 человек по различным «линиям» национальных операций. Указанные экспертные цифры получены историками общества «Мемориал» на основе анализа документов секретного делопроизводства органов государственной безопасности советского времени (Фонд 8-ос (статистика); Фонд 3-ос оп.4 (шифротелеграммы 1937 года), оп.5 (шифротелеграммы 1938 года) Центрального архива ФСБ Российской Федерации). 

При этом сегодня известно не только количество расстрелянных граждан. В современном архиве УФСБ по Свердловской области на каждого расстрелянного хранятся документы: акт о расстреле, предписание на расстрел, а также протокол внесудебного органа (либо тройки УНКВД Свердловской области, либо особой тройки, либо Комиссии НКВД СССР и Прокурора СССР), по чьему решению человека расстреляли. В 1996–1999 гг. из архива УФСБ Свердловской области списки расстрелянных и впоследствии реабилитированных граждан были переданы в Комиссию по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий при администрации Свердловской области. Эти фамилии были включены в Книгу памяти жертв политических репрессий Свердловской области (к настоящему времени вышло 10 томов). Также на основе этих списков возведены плиты с именами расстрелянных на мемориальном комплексе «12-й км Московского тракта». На данный момент на плитах нанесено 17385 фамилий.

Место захоронения расстрелянных в 1930-х гг., в настоящее время известное как «12-й км Московского тракта», было названо в письме из Управления регистрации и архивных фондов ФСБ России как единственное известное такое место на территории Свердловской области, имеющее документальное подтверждение (письмо № 10/А-4243 от 08.10.2013 в адрес Совета при Президенте России по развитию гражданского общества и правам человека, оригинал хранится в архиве СПЧ).

Таким образом, факты массовых расстрелов советских граждан в 1937–1938 гг., а также место их захоронения на территории Свердловской области подтверждены документами, хранящимися в архивах ФСБ России. Более того, все расстрелянные граждане (около 19700 человек) известны пофамильно, а практически 88% из них – к настоящему времени реабилитированы государственными органами (то есть официально подтверждено, что они не совершали тех деяний и преступлений, в которых были обвинены и за которые расстреляны). То есть мемориальное кладбище «12-й км Московского тракта» близ Екатеринбурга – это не только место захоронения граждан, расстрелянных в 1937–1938 гг. Это еще и место памяти о советском государственном политическом терроре, когда граждане репрессировались не за конкретные правонарушения, а фактически за их политические и религиозные убеждения, по социальным, национальным и иным признакам.

В связи с вышесказанным, прошу вас подтвердить факт наличия в архиве возглавляемого вами Управления:

 – документов УНКВД Свердловской области, относящихся к 1937–1938 гг. и свидетельствующих о массовых расстрелах советских граждан (акты о расстрелах, предписания на исполнение, протоколы внесудебных органов); 

– списков расстрелянных и впоследствии реабилитированных граждан, на основании которых возведены плиты с фамилиями на мемориальном комплексе «12-й км Московского тракта»;

– документов, подтверждающих захоронение в 1937–1938 гг. расстрелянных граждан на 12-м км Ново-Московского тракта.

 

С уважением,
по поручению Правления Международного Мемориала,
Сергей Кривенко.

Москва, 26 ноября 2019 года

Поделиться:

Также рекомендуем почитать:
| Правозащитница Ирина Флиге: от сегодняшних государственных преступлений – к прошлым
| XIII международная научная конференция из цикла «История сталинизма».
| Они хотят превратить трагедию в статистику
Чтобы помнили: трудармия, лесные лагеря, Усольлаг
Без вины виноватые
Створ (лагпункт, лаготделение Понышского ИТЛ)
| Мне было три года, когда маму и папу забрали
| Меня спас Вагнер
| Главная страница, О проекте

blog comments powered by Disqus