Исторический раздел:

Из истории строительства Вишерского целлюлозно-бумажного комбината и Вишерского лагеря


Л.А. Обухов

кандидат исторических наук

 

До сих пор мы не имеем полной истории строительства Вишерского ЦБК и Вишерского лагеря. А ведь это был один из первых, если не первый, опыт строительства крупного промышленного предприятия в СССР руками заключенных. В литературе во многом благодаря В. Т. Шаламову и его антироману «Вишера», а также работам местных краеведов, достаточно подробно изучен завершающий этап, когда строительство и лагерь возглавил Э. П. Берзин. Однако следует иметь в иду, что замечательное произведение Варлама Тихоновича Шаламова не историческое исследование, а воспоминания свидетеля и участника описываемых событий. Начальный и последний периоды строительства комбината и деятельности лагеря до сих пор практически не исследованы.

Все началось с того, что в 1925 г. Наркомат по военным и морским делам принял решение о строительстве Бумажно-ЦеллюлозныхХимических заводов на севере Пермского края на реках Каме и Вишере. Уже в ноябре 1925 г. на реке Вишере, в устье реки Вижаихи, было образовано Управление целлюлозно-бумажного завода Военно-хозяйственного управления при Начальнике Снабжения РККА 1. Одновременно со строительством был организован концлагерь – Вишерское отделение СЛОНа (Соловецкий лагерь особого назначения). В мае 1929 г. Г.И. Бокий, член Коллегии ОГПУ, куратор СЛОНа на объединенном собрании Вишерской заводской ячейки ВКП(б) и ячейки Вишерского отделения УСЛОН так объяснил создание лагеря и строительство: «…военвед начал постройку Завода только потому, что ОГПУ согласилось организовать тут Лагерь для использования рабочей силы заключенных, это своеобразный комбинат, не будь здесь Лагеря, не было бы и Завода, не начни военвед постройки заводов, не было бы смысла открывать тут Лагерь» 2. С января 1926 г. труд заключенных использовался на лесозаготовках и строительстве. К апрелю только на строительстве завода численность заключенных составила более 400 человек 3, сколько было занято на лесозаготовках – неизвестно. По косвенным данным можно предположить, что на 1926/27 операционный год (финансовый год начинался с 1 октября) численность заключенных должна была составить 1200 человек 4.

 Строительство находилось в ведении Наркомата по военным и морским делам и было секретным. Видимо, не случайно на начальном этапе, до августа 1927 г., во главе строительства стояли кадровые разведчики, в основном из латышей, находившиеся в то время в резерве РККА: А. И. Звиргздынь – директор, К.К. Звонарев * – зам. директора и др. Кто был первым начальником Вишерского лагеря, пока точно установить не удалось. Своеобразной «кузницей» кадров являлись Соловки, многие руководители лагеря и строительства прошли «школу» СЛОНа. Известно, что в 1927 г. на Вишере находился Зубков, в дальнейшем возглавивший 5-е отделение УСЛОНа на Кольском полуострове. Вполне возможно, что он какое-то время возглавлял лагерь *.

В 1926 г. в составе Военно-хозяйственного управления Наркомата по военным и морским делам был организован трест «ВИШХИМЗ» (Вишерские химические заводы) **. Главными задачами треста были подготовка и начало строительства ряда заводов в Верхнем Прикамье.

Строительство было настолько секретным, что местные партийные и советские органы за любой информацией о строительстве и лагере должны были обращаться в Москву. Даже окружной прокурор не имел права вмешиваться, надзор за лагерем осуществляла Прокуратура РСФСР.

В навигацию 1926 г. предполагалось завести 1 500 000 пудов заводского имущества и оборудования, до 5 тыс. человек технического персонала и рабочих с семьями 5. Планы были явно нереальны, учитывая то, что Вишера судоходна только в период половодья весной и осенью. Для регулярного судоходства требовалось углубление русла, на это нужны значительные средства, но на навигацию 1926 г. ничего подобного не планировалось. Завербовать такое количество технического персонала и рабочих для работы на севере, в тайге тоже было нереально. Тем не менее на месте будущего завода начались активные подготовительные работы к строительству и приему рабочей силы: велись лесозаготовки, распиливался материал на лесопилке, строился дом для рабочих и служащих, ремонтировались другие дома. Построили конюшню, кузницу. Летом начато строительство второго лесопильного завода и механических мастерских, кирпичного завода и разработка для него известкового камня. Развернулась постройка мелководных барж и шитиков для переброса грузов в верховья Вишеры. Создан сельхоз, проведена посадка и посев хлебных и др. культур, начата расчистка заводской площади, проведение лесоустройства в заводском лесе и постройка клуба. Наряду с заключенными использовались и вольнонаемные рабочие, прежде всего сезонные строительные артели. Однако их количество было невелико, в конце года составляло около 300 человек 6. Квалифицированных рабочих, используемых на строительстве и лесозаготовках, не хватало. Заключенные использовались в основном на неквалифицированных работах.

Структура управления строительством была двухуровневой: в Москве находилась Главная дирекция ВИШХИМЗа, а на Вишере – Дирекция заводов. Главным директором ВИШХИМЗа был назначен старый чекист Эдуард Берзин, а его 1-м заместителем А.П. Ногтев, прославившийся своей жестокостью бывший начальник СЛОНа. В январе 1927 г. Э.П. Берзин и И. Г. Филиппов, будущий начальник лагеря и заместитель Берзина, посетили Вишеру и ознакомились с ходом строительства. Вместе с ними прибыл П. И. Феонов, назначенный уполномоченным ОГПУ на строительстве 7.

План 1926 г. не был выполнен как по строительству, так и по лесозаготовкам. Не наблюдалось серьезного улучшения и в 1927 г. О плохом качестве строительства свидетельствует факт разрушения весной части построек 1926 г. Положение в строительстве завода не устраивало руководство ВИШХИМЗа. Э. Берзин и А. Ногтев в августе 1927 г. прибыли на Вишеру разбираться в ситуации. Старая дирекция была отозвана, новым директором назначен беспартийный инженер Сасовский, а его заместителем старый коммунист латыш А. Ф. Звиукш 8. Из кадровых разведчиков далеко не всегда получаются хорошие строители и организаторы. В марте 1928 г. назначен новый начальник лагеря Г. Ф. Муравьев.

Положение заключенных, занятых на строительстве, описывает в своей докладной записке член бюро Чердынского райкома ВКП(б) К.П. Дудырев, посетивший в октябре 1927 г. строительство. Почти босые, полураздетые заключенные в холодную погоду, когда уже идет снег, вынуждены работать. Для многих работа явно непосильная. Так, на земляных работах установлена норма 1 куб. сажень на 3-х человек, а паек явно недостаточный и голодный человек не в силах справиться с заданием. Особенно невыносимые условия у тех, кто занят сортировкой и выгрузкой леса лошадьми на Вижаиже: на ногах вместо сапог опорки, все мокрые, руки при зачаливании бревен в холодной воде выше локтя, работают по 10 часов. По мнению К.П. Дудырева, при такой работе через полгода заключенный выйдет из строя и останется калекой. Такое отношение к заключенным не перевоспитывает их, а превращает во врагов советской власти. По свидетельству зам. директора А. Звиукш, невыносимые условия приводят к саморубам на лесозаготовках и случаям самоубийств. Заключенные обходятся дороже вольных рабочих и работают намного хуже. Лагерь получает за представленную рабсилу полностью, по ставкам вольнонаемных рабочих, но о заключенных заботится плохо 9.

А. Ногтев, как 1-й зам. Главного директора, регулярно посещал Вишеру. Выступая в августе 1928 г. на собрании ячейки ВКП(б), он следующим образом объяснил причины строительства заводов на Вишере:

«В 1926 г. деятельность завода носила зачаточный характер. Основной причиной, почему военное ведомство начинает строить заводы здесь, являлось то, что в Чердынском районе нет никакой основной промышленности, кроме охоты и лесного промысла, а район богат ископаемыми, а культурный уровень населения слишком низкий и плохая обеспеченность населения» 10.

В 1928 г. форсировалось строительство 2-го лесопильного завода. На лесопильных заводах предполагалось установить 6 рам, которые заказали в Германии фирме «Гофман». Однако одна рама быстро вышла из строя из-за трещины. Трещины были обнаружены еще в трех рамах. На претензии завода фирма ответила, что трещины получились во время пути следования.

Для обеспечения строительства лесом военное ведомство взяло в аренду на 30 лет 1 млн десятин леса.

Завод приобрел 2 парохода, один из которых был назван в честь куратора УСЛОНа, члена Коллегии ОГПУ Г. Бокия – «Бокий». (Пароход с аналогичным названием был на Соловках). Завод имел 19 мониторов и 20 шитиков, арендовал 4 парохода. Все эти средства использовались в основном на сплаве.

Планировалось в 1928 г. построить рабочий городок, но не смогли это выполнить из-за нехватки квалифицированных строителей, прежде всего плотников. Проблема с вольнонаемными рабочими-строителями была достаточно острой: они отказывались ехать на Вишеру из-за низких расценок и проблем с жильем. В 1927/28 году заключенные составляли 87,7% рабочей силы ВИШХИМЗа, а в 1928/29 – 82,3% 11.

В крупных транспортных узлах, прежде всего в Перми, Соликамске, Ленве, Усть-Улсе были созданы Агентства отдела снабжения, являвшиеся перевалочными пунктами, штат которых состоял в основном из заключенных.

13 июля 1928 г. Совет труда и обороны утвердил план строительства комбината, отметив в качестве базовых предпосылок этого строительства предварительное создание кирпичного и лесопильного заводов, механических мастерских и «наличие рабочей силы, обеспеченной жилыми помещениями», под которой в первую очередь понимались заключенные Вишерского отделения УСЛОНа. Основной задачей являлась постройка целлюлозно-бумажного и химического заводов. Считалось, что при наличии сырья (еловый лес, известняки) и при наличии водного транспорта продукция будет в два раза дешевле.

Для пресечения побегов лагерь организовал заставу в с. Губдор, а затем и в Чердыни. Получает все более широкое распространение практика материального вознаграждения местных жителей за поимку беглецов.

Руководство ВИШХИМЗа широко использовало в качестве специалистов бывших и действующих заключенных, которые занимали руководящие должности в различных отделах Управления, что вызывало недовольство партийной ячейки и Чердынского райкома партии. Отношения между Вишерской партячейкой и Дирекцией завода, во главе которой стоял беспартийный инженер Сасовский, были напряженными. Его обвиняли в том, что на многие руководящие должности в управлении назначает бывших и настоящих заключенных из числа «каэров» (контрреволюционеров) и «затирает» коммунистов. Но Главная Дирекция ВИШХИМЗа высоко оценивала деятельность Сасовского и поддерживала его. В декабре 1928 г. на собрании ячейки разгорелась бурная дискуссия по этому вопросу. В ответ на все претензии А. Ногтев заявил «... вы ничего не стоите против одного беспартийного Сасовского, он умнее и заслуженнее вас» 12. Резко обострились отношения между директором завода и уполномоченным ОГПУ Феоновым, в результате последний в конце 1928 г. был отозван в Москву.

В начале 1929 г. происходит очередная смена в руководстве строительства: А. Звиукш отозван, вместо него в состав дирекции назначен З. А. Алмазов, заместителем Э. Берзина назначается И. Г. Филиппов, ставший с июня начальником ВИШЛОНа. А. Ногтев в мае снова назначен начальником Соловецкого лагеря. В мае 1929 г. Э. Берзин на собрании Вишерской ячейки выступает с докладом о реорганизации управления заводом и лагерем 13. Однако в 1929 г. полностью преодолеть противоречия между заводом и лагерем не удалось, несмотря на решение СТО о передаче ВИШХИМЗа ОГПУ. Возможно, это объясняется тем, что Э. Берзин вместе с главным инженером Д. С. Соколовским выезжал в длительную командировку в Германию и США для закупки оборудования и заниматься непосредственно делами строительства и лагеря не мог.

В конце 1928/29 операционного года Вишерское отделение СЛОНа становится самостоятельным Вишерским лагерем особого назначения (ВЛОН).

К 1929/30 операционному году трест ВИШХИМЗ построил: 2 лесопильных завода производительностью 85–90 тыс. куб. м пиломатериалов, ящичную мастерскую, кирпичный завод, столярную мастерскую, механический цех, литейную мастерскую. Водный транспорт, обслуживавший строительство, состоял из 3 пароходов, 54 единиц непарового флота, 5 моторных лодок. Кроме того, имелось 800 лошадей, используемых в основном на лесозаготовках, предполагалось закупить еще 300. Была построена больница на 10 коек для вольных и 40 коек для заключенных 14. Начало строительства целлюлозно-бумажной фабрики все время откладывалось. Сначала планировалось начать строительство со строительного сезона 1929 г. Затем начало строительства перенесли на январь, потом на март 1930 г. Фактически приступили к строительству только в апреле. По плану закончить строительство фабрики должны были весной 1932 г.15 С 1 января 1930 г. начали строительство рабочего поселка.

В связи с активизацией строительства в 1929/30 гг. предполагалось довести численность заключенных лагеря до 8 тыс. человек. Для этого планировалось построить 14 бараков при Вишерском отделении, 12 бараков на лесоразработках и оборудовать бараки и этапные пункты в Соликамске, с. Мошево, д. Татарская, с. Губдор, д. Федорцево, д. Вергурт, с. Сыпучи, д. Акчим. Однако уже в марте 1930 г. численность заключенных составила 11 тыс. человек 16.

В 1930 г. при значительном увеличении количества заключенных удалось благодаря строительству новых бараков уменьшить плотность заселенности бараков: вместо 300 человек в бараке размещалось 240 человек 17.

Как отмечалось в докладной записке от 31 июля 1930 г. заместителя председателя ОГПУ С.А. Мессинга и заместителя начальника УЛАГа М.Д. Бермана в СНК СССР о хозяйственной деятельности ОГПУ и передаче в лагеря новых контингентов заключенных: «…Вишерские лагеря сосредоточили свое внимание на форсировании строительства химических и целлюлозно-бумажных заводов ВИШХИМЗа, лесозаготовках на севере Урала и на обслуживании предприятий Всехимпрома на Ленве и в Перми – Березниковский химкомбинат. Для этих работ требуется не менее 26 000 человек, имеется же около 20 000 человек» 18. Кроме того, велись переговоры о том, чтобы передать УВЛОНу строительство части железной дороги Яр – Фосфоритная в Кировской области. Насколько можно судить по документам, переговоры закончились безрезультатно.

Несмотря на решение об объединении ВИШХИМЗа и ВЛОНа, процесс этот шел крайне медленно. В «Краткой записке о состоянии лагерей», составленной весной 1930 г., отмечалось: «Происшедшее объединение с ВИШХИМЗом до сих пор остается актом декларативного порядка, без существенного отражения на практике. Оба хозяйства по-прежнему остаются взаимно отчужденными, не осуществлена при этом самая элементарная, само собой напрашивающаяся рационализация… Перспективы лагеря в значительной мере зависят от превращения в реальный факт декларированного слияния с ВИШХИМЗом и создания такой практики взаимоотношений, при которых действительное руководство объединением будет находиться в руках лагеря» 19. Тем не менее процесс объединения все же шел. В июле было принято решение об объединении отделов снабжения ВИШХИМЗа и УВЛОНа 20.

В середине 1930 г. структура ВИШЛАГа выглядела следующим образом: 1. г. Пермь (Отдельная командировка). 2. Ленва (Отделение). 3. М. Вижаиха (Управление и Отделение). 4. с. Усть-Улс (Отделение).

Трудно сказать, кто возглавлял лагерь в 1930 г. И.Г. Филиппов упоминается в сентябре и декабре месяце как зам. начальника УВИТЛ, а в ноябре как начальник. Можно предположить, что с конца 1930 г. и лагерь, и строительство возглавил Э.П. Берзин, а И.Г. Филиппов стал его заместителем по УВИТЛ.

В январе 1931 г. трест «ВИШХИМЗ» был ликвидирован, а его функции переданы образованному в составе Главного управления лагерей отделу ВИШХИМЗа.

К апрелю 1931 г. в ВИШЛАГе было уже 39 тыс. заключенных. Это было значительно выше плановых цифр и вызвало тревогу: «Лагерь получил в результате переброски количество рабочей силы, превышающее и его план, и его хозяйственные потребности». Предельным лимитом численности заключенных ВИШЛАГа, «гарантирующим сохранение его экономической прочности», считалось 35–36 тыс. заключенных 21.

Досрочно освобождаемые заключенные с 1930 г. переводились на

«колонизацию» с целью сохранения рабочей силы и освоения территории в районе действия лагеря. Создавались колонизационные поселки, как, например, спецпоселок Калийная Горка в Березниковском отделении.

Увеличение численности заключенных было связано с форсированием строительства и досрочным пуском комбината. В начале 1931 г. намечается досрочный пуск комбината 1 августа. Методы строительства отражают названия печатных органов УВИТЛа, призванные мобилизовать заключенных и вольнонаемных рабочих на досрочный пуск: «Темп» – 1-е Отделение, «Штурм» – 2-е Отделение, «Штурм Севера» – Северный лесозаготовительный район, «Буксир» – Пермское отделение. В июле 1931 г. газета «Темп» стала органом УВИТЛ.

Досрочный пуск комбината, погоня за темпами привели к усилению эксплуатации подневольного труда: обычной стала практика 10-часового рабочего дня и отмена выходных дней. Кроме того, с конца 1929 г. получает распространение система премирования заключенных за ударный труд, использование материальной заинтересованности. На лесных участках применялась такая форма наказания заключенных, как раздевание на морозе зимой и привязывание к дереву летом. Но справедливости ради следует отметить, что такие формы наказания руководством УВИТЛ не поощрялись 22.

Задержки с поставками оборудования, главным образом отечественных заводов, нехватка квалифицированных специалистов вынудили перенести пуск комбината на 15 сентября, затем на 1 октября 23. В течение 1931 г. завершался монтаж оборудования целлюлозно-бумажного комбината, активно шло строительство Химического комбината в Березниках, где в некоторых цехах тоже перешли к монтажу оборудования.

Официальный пуск комбината состоялся 30 октября 1931 г. В ноябре 1931 г. Красновишерский целлюлозно-бумажный комбинат им. Менжинского был  сдан комиссии Наркомлеса СССР. Комбинат введен в строй досрочно, за 18 месяцев. Следствием досрочного пуска явилось то, что потребовалось почти четыре года, чтобы вывести комбинат на проектную мощность. Завершение строительства и ликвидация недоделок продолжались в течение 1932–1933 гг.

Опыт строительства Вишерского ЦБК и Березниковского Химкомбината руками заключенных был признан удачным. После пуска комбината Э. Берзин отбыл в Москву, где получил новое назначение – директором треста «Дальстрой» и уехал на Колыму организовывать промышленную добычу золота и других ценных металлов трудом заключенных. Это был иной масштаб, другой уровень, но опыт Вишеры, безусловно, оказался востребован ГУЛАГом и получил дальнейшее развитие.

После отъезда Э. Берзина с 20 ноября 1931 г. по 26 мая 1932 г. начальником УВИТЛ был назначен его заместитель И. Г. Филиппов. С 26 мая по 23 августа 1932 «временно исполнял должность» начальника Управления ВИШЛАГа Р. И. Васьков. В ноябре 1932 г. и Васьков и Филиппов были уже у Берзина на Колыме, где сначала Васьков, а потом Филиппов возглавили Управление Северо-Восточных исправительно-трудовых лагерей (УСВИТЛ).

30 июля 1931 г. подписан приказ о зачетах, а 22 ноября циркуляром ГУЛАГа была объявлена инструкция по зачету рабочих дней (перевыполняющим регулярно производственные задания засчитывались 3 дня за 4 и 4 дня за 5, ударникам – 2 дня за 3 и 3 дня за 4). Для осужденных по ст. 58 предусматривались ограничения по зачетам 24. В связи с пуском комбината многие заключенные получили сокращение сроков или досрочное освобождение. Можно предположить, что это было первое применение на практике системы зачетов в лагерях ГУЛАГа ОГПУ.

Приказом ОГПУ от 17 января 1932 г. Вишерский ЦБК был выделен из состава ГУЛАГ и передан в ведение Управления делами ОГПУ. При этом ГУЛАГ был обязан закрепить за комбинатом рабочую силу в количестве 9000 человек и обеспечить в 1932 г. выполнение программы лесозаготовок 920 тыс. кубометров. Уже в марте 1932 г. приказом ОГПУ Вишерский комбинат был передан Союзбумаге. Согласно приказу от 3 апреля 1932 г. обязательства ГУЛАГ перед комбинатом (обеспечение рабочей силой и выполнение плана лесозаготовок) остались в силе 25.

С пуском комбината обострилась проблема нехватки квалифицированной рабочей силы. Основную массу рабочих на комбинате составляли вчерашние заключенные, освобожденные досрочно. Для подготовки кадров было открыто ФЗУ (фабрично-заводское училище), в котором 50% преподавателей составляли заключенные 26.

На Каме завершалось строительство первой очереди химического комбината, монтировалось и запускалось оборудование. В апреле дал первую продукцию завод синтетического аммиака, в июле введены в эксплуатацию заводы калийной группы.

После выполнения основных задач по строительству заводов происходит сокращение численности заключенных. 23 февраля 1932 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение о строительстве железных дорог на Дальнем Востоке. Политбюро предложило ОГПУ «немедленно перебросить на эти работы 5 000 человек услоновцев из Березников и одновременно выяснить возможность переброски еще 5–10 тысяч человек услоновцев и спецпереселенцев» 27.

На 31 января 1932 г. в 1-м, «Вижаихском» отделении ВИШЛАГа содержалось 12 346 заключенных, во 2-м, «Березниковском» – 12 228. Количество заключенных в Красновишерском лесном отделении составило 8779 чел., в Усть-Улском – 3965 чел. Кроме того, при управлении ВИШЛАГа содержался 581 заключенный.

Общая численность заключенных ВИШЛАГа, без учета Пермского отделения, составляла 37 899 человек. В апреле численность заключенных сократилась до 33,6 тыс., а к концу 1932 г. остается лишь 8 900 человек 28. Большую часть заключенных Вишлага этапами отправили в другие лагеря

–  Белбалтлаг, в Караганду и Дальстрой.

С целью использования высвобождающейся рабочей силы получает дальнейшее развитие система контрагентских договоров. Заключенные УВИТЛ используются на строительстве различных объектов в Березниках, Соликамске, Красновишерске, в погрузочно-разгрузочных работах в Перми и Левшино. Создается лагпункт в Краснокамске, где с 1929 г. началось строительство ЦБК. Организуется Кизеловское отделение, где заключенные были задействованы на добыче угля.

Кроме строительства в Березниках, заключенные 2-го отделения занимались лесозаготовками в верховьях Камы, где был создан лагпункт

«Керчево-Шакшер» с основанным в 1932 г. сплавным рейдом, занимавшимся обвязкой в плоты молевого леса, сплавлявшегося по Каме. Программа лесозаготовок для ВИШЛАГа на 1932 год была определена в один миллион кубометров. Но уже в мае 1932 г. был подписан договор между ВИШЛАГом и Уралзападлесом о передаче лесозаготовительных участков бывшего Красновишерского и Усть-Улского отделений ВИШЛАГа со всеми жилыми, складочными, производственными, коммунальными и прочими постройками и зданиями 29.

Осенью 1932 г. на Вишеру вновь прибывает П.И. Феонов, назначенный зам. начальника УВИТЛ и начальником Информационноследственного отдела (ИСО). В апреле 1933 г. он возглавил УВИТЛ, но уже в сентябре отстранен от занимаемой должности за «неумелое руководство» 30.

В мае 1933 г. ГУЛАГом были установлены лимиты лагерного населения на второе полугодие. По ВИШЛАГу они составили: 17 000 человек, в том числе:

Вишкомбинат – 5000 чел. Камбумстрой – 1300 чел. Курт – 800 чел.

Уголь (Кизел, Губаха) – 4000 чел.

Собственные сельскохозяйственные работы – 1500 чел. Кустпром – 1400 чел.

Производственно-эксплутационные мастерские, траспорт, лагерное строительство – 1200 чел.

Собственные лесозаготовки – 150 чел.

Опытная сельскохозяйственная станция – 300 чел 31.

В 1933 г. вторым по значимости направлением деятельности ВИШЛАГа, исходя из количества занятых заключенных, становится угледобыча.

Лагерь в короткие сроки превращал здоровых людей в инвалидов. Самый высокий процент инвалидов, из всех лагерей ОГПУ, был именно в ВИШЛАГе. Помимо полуинвалидной командировки в Перми был создан Кожинский полуинвалидный участок в 1-м отделении. Одной из самых высоких среди лагерей ОГПУ была и смертность в Вишерском лагере.

Голод 1932–1933 гг. не обошел стороной и лагеря ОГПУ. Новые этапы прибывали чрезвычайно ослабленные, особенно с Украины. Истощенные заключенные в непривычных климатических условиях не могли выполнять производственные нормы и получали пониженный или штрафной паек. В результате чрезвычайно высокая смертность. С новыми этапами в лагерь был завезен тиф. На ноябрь 1932 г. было зафиксировано около 80 случаев заболевания сыпным и брюшным тифом. Было признано, что эпидемия приобретает чрезвычайно серьёзный характер 32. В 1933 г. наблюдается резкое увеличение смертности в лагерях ОГПУ. Если в 1932 г. смертность по лагерям ОГПУ составила в среднем 4% (в Вишлаге – 4,9%), то в 1933 г. средняя смертность составила 15,7 %, а в Вишлаге – 34,6% 33.

Как свидетельствовал начальник Пермского отделения ВИШЛАГа, в 1933 г. в 1-м Отделении умерло только за май месяц более одной тысячи человек, а с февраля по май более 4-х тысяч. И в других отделениях ВИШЛАГа смертность была очень высокой. Во вновь организованном

Кизеловском отделении вспыхнул сыпной тиф, который через этапы был занесен и в Пермское отделение. В Пермском отделении за 4 месяца (февраль–май) умерло 860 человек и была очень высокая заболеваемость 34.

Все этапы, прибывающие на Вишеру и отправляемые в другие лагеря, проходили через Пермь. Пермь была важным перевалочным пунктом как для заключенных, так и для грузов. В первой половине 1933 г. ГУЛАГ дал указание отправить из Вишлага три эшелона не менее 3 тыс. человек в Севвостлаг и четвертый женский этап в Караганду 35.

После завершения основных работ по строительству на Вишере и в Березниках лагерь частично меняет направление своей деятельности. Одним из основных видов работ становится добыча угля в Кизеловском бассейне и создается Кизеловское отделение. Продолжаются лесозаготовки и строительные работы в Березниках и добавляется Губаха, но закрывается лагпункт в Краснокамске. Заключенные широко используются на погрузочно-разгрузочных работах в Перми, Березниках, Красновишерске.

Расширяется деятельность Сельхоза ВИШЛАГа, созданного еще в 1926 г. Перед ним была поставлена задача обеспечить в основном заключенных и работников завода овощами. С 1 октября 1932 г. лагеря были сняты государством со снабжения мясом и должны были обеспечивать лагнаселение за счет забоя собственного скота. Сельхоз УВИТЛ на 1933 год состоял из семи участков:

Центральный – молочная ферма, свиноводство; Кожинский – молочная ферма;

Колчимский – молочная ферма и полеводство; Ораловский – полеводство, намечено свиноводство; Покчинский – свиноводство;

Чердынский – полеводство и огородничество;

Юмышский – птицеводство, молочная ферма, огородничество 36.

В августе 1933 г. на Вишеру прибыл Н. А. Гротов, назначенный зам. начальника УВИТЛ. После смещения Феонова он возглавил лагерь.

В конце года был взят курс на ликвидацию лагеря. С ноября 1933 г., согласно приказу, были прекращены лесозаготовки, рабочая сила снималась и направлялась в другие лагеря. Все отделения были преобразованы в лагпункты.

В апреле 1934 г. создается ликвидационная комиссия ВИШЛАГа, которую возглавил Н. А. Гротов. Приказом вновь образованного НКВД СССР, которому подчинялись пенитенциарные учреждения ОГПУ, с 14 июля 1934 г. ВИШЛАГ считался ликвидированным.

Своеобразный эксперимент на Вишере имел огромное значение для развития ГУЛАГа. Многое здесь делалось впервые. Впервые был использован массовый труд заключенных в промышленном строительстве, за три года до принятия официального постановления Совнаркома об использовании труда уголовно-заключенных.

На Вишере впервые на практике было осуществлено слияние производственных структур с лагерными и создан единый комплекс: лагерьстройка под руководством ОГПУ.

В Вишерском лагере прошла своеобразную проверку система материального поощрения заключенных. Именно к заключенным Вишлага была впервые была применена система зачетов. В последующем именно пайка и зачеты, пока их не отменили в 1939 г., явились главными стимулами для повышения производительности подневольного труда.

Вишерский лагерь был одним из самых суровых среди лагерей ОГПУ. Об этом свидетельствуют цифры заболеваемости и смертности, количество инвалидов. Слишком дорогой ценой был достигнут досрочный пуск Вишерского ЦБК и Березниковского Химкомбината.

 

*   Звиргздынь А.И. (1882–1938), латыш, член ВКП(б) с 1905 г. В 1930–1938 гг. в распоряжении Разведуправления РККА, полковой комиссар (1936). Репрессирован. Звонарев (Звайгзне) К.К. (1892–1937), латыш, член ВКП(б) с 1908 г., участник Гражданской войны. В 1924–1926 гг. – 1-й помощник начальника Разведуправления штаба РККА. В 1933–1937гг. – преподаватель, нач. кафедры разведки Военной академии им. Фрунзе, полковник (1936). Автор ряда работ по истории разведки. Репрессирован.

*   Зубков известен тем, что придумал такую меру наказания как «бродячие командировки» или «кольцевые этапы», когда проштрафившихся заключенных под конвоем с собаками гоняли с командировки на командировку.

** В «Докладе о работе ВИШХИМЗа за 1928/29 год» говорится, что трест организован в 1925 г. и приступил к работам в 1926 г. См: ПермГАНИ. Ф. 1015. Оп. 1. Д. 24. Л. 93.

 

1 ПермГАНИ. Ф. 1015. Оп. 1. Д. 11. Л. 45; Ф. 156. Оп. 1. Д. 29. Л. 33–33 об.

2 Там же. Ф. 849. Оп.1. Д. 202. Л. 125–125 об.

3 Там же. Д. 89. Л. 30, 43.

4 ГАРФ. Ф. р.–9414. Оп. 1. Д. 2918. Л. 35, 155.

5 Ф. 156. Оп.1. Д. 29. Л. 33–33 об.

6 ПермГАНИ. Ф. 156. Оп. 1. Д. Ф. 849. Оп.1. Д. 146. Л.28.

7 Там же. Ф. 1015. Оп.1. Д. 22. Л. 5.

8 Там же. Ф.1015. Оп.1. Д. 17. Л. 27 об; Ф. 849. Оп. 1. Д. 156. Л. 195 об.

9 Там же. Ф. 156. Оп.1. Д. 66. Л. 195–195 об.

10 Ф. 849. Оп. 1. Д. 202. Л. 62 об.

11 Там же. Л. 63; Ф. 1015. Оп. 1. Д. 24. Л. 93.

12 Там же. Д. 253. Л. 47–47 об.

13 Ф. 849. Оп.1. Д. 202. Л. 126 об.

14 ПермГАНИ. Ф. 1015. Оп. 1. Д. 24. Л. 93–94.

15 Там же. Л. 14, 94; Д. 32. Л. 5.

16 ГАРФ. Ф. 5446. Оп. 10а. Д. 364. Л. 12–12 об; ПермГАНИ. Ф. 1015. Оп. 1. Д. 33.

Л. 21.

17 ПермГАНИ. Ф. 849. Оп. 1. Д. 253. Л. 39.

18  История сталинского ГУЛАГа. Конец 1920-х – первая половина  1950-х годов: Собрание документов в 7-ми томах / Т. 3. Экономика ГУЛАГа. – М., 2004. С. 67.

19  Там же. С. 61–62.

20 ПермГАНИ. Ф. 1015. Оп. 1. Д. 33. Л. 30.

21 ГАРФ. Ф. р.–9414. Оп . 1. Д. 2920. Л. 41, 44.

22 ПермГАНИ. Ф. 1015. Оп. 1. Д. 33. Л. 21.

23 Там же. Д. 35. Л. 9 об.–10.

24  См.: История сталинского ГУЛАГа… Т. 3. С. 531.

25   См.: История сталинского ГУЛАГа. Конец 1920-х – первая половина 1950-х годов: Собрание документов в 7-ми томах / Т. 2. Карательная система: структура и кадры. – М., 2004. С. 619.)

26 ПермГАНИ. Ф. 849. Оп. 4. Д. 1. Л. 40.

27 История сталинского ГУЛАГа… Т. 2. С. 27.

28 ГАРФ. Ф. р.– 9414. Оп . 1. Д. 2920. Л. 133, 148, 162, 178.

 

Поделиться:

Также рекомендуем почитать:
| Белые розы Сопротивления: немецкие студенты против нацизма
| Программа волонтёрских проектов инициативной группы «Молодёжный Мемориал» весной – летом 2018 года
| Свалка на кладбище. Реагенты с пермских дорог хранятся рядом с памятником жертвам политических репрессий
Без вины виноватые
ПАЛАЧИ. Кто был организатором большого террора в Прикамье?
Информация по спецпоселениям ГУЛАГа в г. Чусовом и Чусовском районе Пермского края, существовавших
в 1930-1950-е годы

| Боялись, ждали, что сейчас придут
| «Смерть Сталина спасет Россию»
| Главная страница, О проекте

blog comments powered by Disqus