Опубликован протокол допроса Ольги Берггольц рабочими завода о ее любовных связях


Автор: Михаил Золотоносов

Источник

09.06.2017

Хочу предложить вниманию читателей уникальный подлинный документ 1937 года – «Протокол № 14 заседания партийного комитета завода «Электросила» имени С. М. Кирова от 29 мая 1937 г.», на котором из кандидатов в члены ВКП (б) исключили Ольгу Берггольц (поскольку она писала историю завода для серии «История заводов и фабрик», то была прикреплена к парторганизации завода).

Протокол находится в архивном деле (ЦГАИПД СПб), которое по моему заявлению было рассекречено 16 мая 2012 г., причем еще в прошлом году его мне бы не выдали, поскольку в нем содержится то, что сотрудники архива называют «личными тайнами», имея в виду компрометирующую (по их мнению) информацию. Действительно, на заседании парткома обсуждались отношения (в том числе любовные) Берггольц с генсеком РАПП Леопольдом Авербахом, ее «аморальное поведение», измена мужу и т.п. А срок запрета на личные тайны – 75 лет. Но все сложилось удачно, 75 лет истекли именно сейчас, к 75-летнему юбилею 37 года.

С современной точки зрения все это представляет интерес информацией о нравах эпохи, которые предшествовали заключению Берггольц в тюрьму 14 декабря 1938 г. До сих пор эта часть биографии известна очень мало, преимущественно по газетным материалам, поскольку дневники Берггольц за этот период, хранящиеся в Российском гос. архиве литературы и искусства, по неизвестным причинам так и остаются неизданными. Их и не издают, и к ним не подпускают исследователей.

Что касается нравов, то тут многое любопытно, особенно забавно выглядят попытки членов парткома добиться от молодой женщины признания, зачем она имела связь с Авербахом (в 1931 г. ей 21 год, ему 28), зачем они катались на авто... Рабочие люди пытались выявить следы заговора даже в занятиях сексом. Кстати, на заседании 29 мая Берггольц уже отрицала интимную связь, хотя в начале мая 1937-го на парткоме ЛО ССП с перепугу в ней созналась. Теперь ей не верят, когда она говорит, что секса не было, уверены, что она не только занималась сексом, но в промежутках еще и устраивала с Авербахом политический заговор. И требуют деталей.

Другой аспект ценности протокола связан с тем, что в партархиве (ЦГАИПД СПб) документов Союза писателей 1930-х гг. нет – якобы они были уничтожены в самом начале войны. Когда бы они ни были уничтожены на самом деле, причина ясна: желание замести следы преступлений периода «большого террора». В ЦГАЛИ СПб документов Союза писателей 1937 – 1938 гг. также нет, их также уничтожили. Отсюда уникальность этого документа из фонда парторганизации «Электросилы». На ХХ съезде А. И. Микоян сказал, что пора писать историю не по газетам, а по архивным документам. Историю Ленинградской писательской организации 1930-х гг. по архивным документам уже не написать ввиду их отсутствия. Этот протокол – одно из уникальных исключений.

Чтобы было понятно, о чем говорят на заседании, дам краткую справку по истории РАПП. В 1925 – 1932 гг. существовала Российская ассоциация пролетарских писателей (ее генсеком был Л. Авербах, племянник Свердлова), которая боролась с непролетарской литературой. Наряду с РАПП существовало и множество других литературных объединений, но РАПП претендовала на доминирующую роль. В апреле 1932 г. было принято постановление ЦК ВКП (б) «О перестройке литературно-художественных организаций», которым РАПП был ликвидирован, причем Сталин обманул Авербаха: вроде бы обещал ликвидацию всех организаций, кроме РАПП, который должен был превратиться в ССП СССР, но в итоге РАПП уничтожили, а в 1934 г. в единый ССП на общих основаниях вошли и партийные, и пролетарские, и непролетарские писатели, и даже попутчики. А Авербах не вошел в правление, его отправили на низовую партработу на Урал.

В 1937 г., когда развернулся «большой террор», в писательской среде его провели под знаменем 5-летия постановления ЦК о перестройке литературных организаций. Главным обвинением была не только близость к руководству РАПП до 1932 г., но и соучастие уже после 1932 г. в попытках сохранить структуры РАПП внутри ССП СССР, законсервировав их в виде тайных «троцкистских групп».

Берггольц оказывается виновной даже в том, что в 1926 – 1927 годах была женой Бориса Корнилова, в 1937 г. объявленного врагом: не проявила, выйдя за него замуж в 16 лет, партийной бдительности. Виновна и в том, что ее сестра Мария – жена Юрия Либединского, которого в Ленинграде объявилитроцкистом и врагом народа.


Б. Корнилов и О. Берггольц, 1929 г.

Стиль выступлений трех писателей, специально явившихся на «Электросилу», чтобы поддержать обвинения Берггольц, характеризует обстановку в Ленинградском отделении Союза советских писателей СССР. Например, Решетов явно шпионил за Авербахом и Берггольц – явился в гостиницу и застал их во время полового акта, о чем рассказал на заседании. А в 1956 г., после ХХ съезда, уже изображал из себя старого друга Берггольц.

Капица – член парткома парторганизации ЛО ССП, известно, что он написал ложный донос на А. Горелова, который в 1934 – 1937 гг. руководил ЛО ССП. Последний подвиг Капицы – участие в травле Иосифа Бродского в 1963 – 1964 гг.

Помимо трех писателей еще восемь человек, присутствующих на заседании, – это члены парткома. И еще восемь – парторги цехов.

Партком «Электросилы» поручил выяснить обстоятельства дела в Союзе писателей Волкову и Смирнову, двум парторгам цехов, утвержденным на заседании парткома 20 мая 1937 г.

Волков Николай Платонович (род. 1902), социальное происхождение рабочий, по профессии токарь, на заводе с 1930 г., образование в объеме неполной средней школы, политическое образование – курсы пропагандистов при Доме политпросвета. Было партвзыскание: во время чистки в 1929 г. - выговор за посещение ресторана «Бар», выговор снят в 1935 г. Был зав. партшколой, пропагандистом по истории партии. Парторг цеха средних машин.

Смирнов Павел Сергеевич (род. 1905), социальное происхождение – из крестьян, по профессии кочегар, на заводе с 1930 г., образование низшее (в протоколе написано: «нисшее»), политическое образование – райкомвуз. Парторг цеха крупных машин.

Итак, токарю и кочегару с «нисшим» образованием и было поручено отправиться в Дом писателя, чтобы провести проверку деятельности писателя Берггольц, а потом доложить парткому. Рабочий класс эту задачу выполнил.

Протокол № 14 заседания партийного комитета завода «Электросила» имени С. М. Кирова от 29 мая 1937 г.

СЛУШАЛИ
Разбор дела Берггольц о связи с троцкистскими контрреволюционными элементами, с группой Авербаха

Присутствовали: Представители от Союза Писателей т.т. КАПИЦА, БРЫКИН, РЕШЕТОВ, БЕРГГОЛЬЦ.

БЕРГГОЛЬЦ Ольга Федоровна, рождения – 1910 г., социальное положение – служащая, кандидат ВКП (б) с 1932 г., канд. карточка № 0212237, образование – высшее, член ВЛКСМ с 1928 г., специальность - писатель, прикрепленная к заводской парторганизации в качестве редактора – автора «Истории завода». Работает в Союзе Советских Писателей. Проживает ул. Рубинштейна, д. № 7, кв. 30 – о причинах исключения ее из членов Союза Писателей, о связи с Авербахом и другими врагами народа.

Тов. ВОЛКОВ – По поручению партийного комитета я и т. СМИРНОВ ездили в Союз Писателей по делу Берггольц. Ознакомившись с протоколами партийного комитета и партийной группы Правления ЛОССП от 5/V, 14/V, 15/V и 17/V, на которых обсуждался вопрос о группе литераторов, примыкавших к троцкистской группе в литературе Авербаха и других. Выяснилось, что Берггольц до последнего времени была связана с врагом народа Авербахом, знала его стремления сколотить свою троцкистскую группу в Ленинграде и ничего не предпринимала для его разоблачения. Об этом она сама рассказывает на собрании партийной группы, что записано в протоколе от 6-го мая. Она также знала о неприязненном отношении Авербаха к тов. КАГАНОВИЧУ и статье Авербаха о Московском Метро, которая была выражением подхалимства – излюбленным методом работы троцкистских негодяев. Берггольц не разоблачила Авербаха. Берггольц защищала Горелова, Добина, Майзеля, создавая условия для протаскивания Гореловым троцкистских взглядов в газете «Литературный Ленинград», в которой Берггольц работала ответственным секретарем. <...> Все поведение Берггольц на партийных собраниях выражается стремлением не разоблачить, а скрыть троцкистские охвостья в ЛОССП, что очень характерно выразил в заключительном слове председатель собрания. Приводим выдержку из его выступления: «Правильно говорили о гнилости Берггольц. У тебя жизнь сложилась так, что до сих пор ты ищешь и находишь опору в Авербахе, причем не с точки зрения политической, а с точки зрения интимной, личной. Твои взаимоотношения с Макарьевым, Авербахом, Беспамятн<ов>ым, который был секретарем Авербаха и который думал устроить какой-то реванш – ты это знала и скрыла. Скрыла и связь с Ю. Германом, Макарьевым. Разве ты помогаешь разоблачать?» <...>

Исходя из вышеизложенного, считают, что решение собрания парторганизации Ленинградского Отделения Союза Писателей о постановке вопроса перед парторганизацией завода об исключении из партии Берггольц – правильным.

БЕРГГОЛЬЦ – Те обвинения, которые предъявляют мне, - очень тяжелые обвинения. На заводе обо мне мнения были неплохие. Что касается моей связи с Авербахом - я с ним познакомилась как с руководителем Союза Советских Писателей. Я состояла в ССП еще раньше, потом меня исключили. С Авербахом меня познакомил Либединский. Авербах был в то время на положении вождя, пользовался громадным авторитетом. Все с ним были в очень хороших отношениях. В то время «Молодая гвардия» хотела меня привлечь к литературной работе, а Авербах хотел меня оставить в Союзе Писателей, считая меня незаменимой в области детской литературы. Меня приняли в РАПП. Выделили секретарем «Литературной газеты». После этого я Авербаха не видела месяцев восемь. Затем с РАППа ушла, поступила на завод «Электросила». В декабре 1933 г. Авербах приехал в Ленинград как ответственный редактор «Истории фабрик и заводов» и представитель альманаха «Год 16-й». Моя большая политическая слепота была в том, что я не поняла его тогда. Однажды он приезжал вместе с Берманом ко мне в выходной день на квартиру с приглашением покататься на машине. Зимой 1933 г. я Авербаха видела последний раз. Авербах пытался сколотить группу писателей вокруг себя в Ленинграде, чтобы противопоставить ее решениям ЦК партии. У меня идейных связей с ним не было никогда. Поручения от него не получала и близких отношений с ним не было. Я считала, что раз партия ему доверила такой важный участок, то наверное человек проверенный. В 1934 г. Авербах был отправлен на Урал. В это время я с ним обменялась одним письмом. Он мне о своих взглядах никогда ничего не говорил. С мая 1934 г. у меня с ним не было ни встреч, ни переписки. <...> В шайку его приспешников я никогда включена не была, о его планах не знала ничего. Я не знала, что Авербах был тем, чем его обнаружили и раскрыли. Теперь мне все стало ясно и понятно. Повторяю, у меня с ним ничего не было, я только была с ним знакома. У меня были возможности его раскусить, но сознавая, что он член партии и такой авторитет, упускала, теперь считаю ошибкой.

<...> В «Литературном Ленинграде» я работала честно и добросовестно. После процесса повелась большая работа по выявлению троцкистов, зиновьевцев и т.д. Были конфликты Майзеля, Горбачева, Горелова и других. Я вместе с Майзелем отдыхала в доме отдыха, но там он ничего не говорил о своих взглядах и о троцкизме. Он однажды принес мне статью просмотреть. Я сказала, что такую статью нельзя печатать. Он предложил выправить, но я не предполагала, что он троцкист. Когда на Парткоме стоял вопрос о Горелове, я за него не выступала, а осуждала его ошибки. <...> Моя ошибка заключается в том, что я передоверяла работу газеты Добину и другим, а не вникала в суть сама. <...>

Я знаю, что мои ошибки не оправдываются этими доводами. Все, что было написано в печати, - это верно. Я виню себя, что до появления в печати ничего не замечала и не предпринимала. О заслугах своих говорить я не буду, так как их у меня мало. Раньше об авербаховщине молчали и мало кто знал об этом, а теперь об этом шумят.

ЛЕОНОВИЧ – Как с книгой «История нашего завода?
Ответ: Книгу пишу, полностью написано до 1918 г. и отрывки из 1-й пятилетки.

КАПИЦА – Какие от Авербаха письма имели содержание?
Ответ: Не партийного, а литературного характера.

ЕВСЕЕВ – Какие взаимоотношения с Добиным у тебя были?
Ответ: Добин сначала показался мне хорошим человеком, авторитетным. 2-го февраля у т. Щербакова было совещание. Добин был болен. Услышав о речи т. Щербакова – он осуждал эту речь и речь Горелова. Чумандрину я говорила об этом до ареста Горелова и исключения Добина, он согласился со мной и всё.

т. ПУГИН – Непонятно, почему вы отказались от предложения Авербаха работать у него.
Ответ: Он приглашал, но я отказывалась и решила идти работать на «Электросилу».

т. СУЕТОВ – Авербах восхвалял ваши способности и считал незаменимой, потом он выехал, и вы должны были знать, что он развалил работу, и все-таки держали с ним переписку.
Ответ: Я всего об этом не знала.

т. СУЕТОВ - В газете писали, что вы выступали на партийном собрании Союза Писателей в защиту Авербаха.
Ответ: Неправда, я в его защиту не выступала. Многие переоценивают мою связь с Авербахом.

т. КРУЛЬ – О чем же вы с Авербахом говорили, на какую тему беседовали.
Ответ: В том и беда, что я ничего конкретного сказать не могу. Особенного мы с ним ничего не говорили, а на машине ездили ради прогулки.

т. КРУЛЬ - Ради чего же вы встречались с Авербахом?
Ответ: Как знакомые. Беседы носили частный характер и о литературе. Он давал задания, кого привлекать к участию в альманахе и т.д. На политические темы или особых разговоров не было.

т. КРУЛЬ – Ты знала о решении ЦК и что Авербах сколачивал группу?
Ответ: О решении ЦК знала, но не знала, что Авербах сколачивал группу.

т. СУЕТОВ - Она говорила, что она была исключена из РАППа, с чем же она была не согласна?
Ответ: Мои книжки систематически отклонялись, считали, что они непролетарские, и другие причины.

т. ФЕДИН – С Авербахом разговоров на политические темы не вели, как понять, что вы были с ним в дружественных отношениях?
Ответ: В 1931 г. Авербах хотел, чтобы я вышла за него замуж, он был в меня влюблен. Я отказалась. Он мужем моим не был. Я написала тогда же мужу в Казахстан, чтобы он выехал, а Авербаху сказала тогда, чтобы он не надеялся на меня. Муж приехал, и его за это исключили из комсомола. Муж в 1932 г. написал в парторганизацию РАППа заявление, где Авербаха называл политическим авантюристом и литературным проходимцем. Я испугалась этого, т.к. Авербах был на высоте своего положения в то время, но конфликта тогда не получилось.

т. КРУЛЬ – Ты жена Молчанова, имела дочь, а вела себя так вульгарно, с другими крутила, в машинах кататься ездила, по ресторанам ходила, по 3 часа просиживала с ним – чем это объяснить?
Ответ: Это было простое знакомство, а я себя вульгарно не вела. Авербах был человек остроумный, веселый. Все считали за удовольствие пойти к нему посидеть. Теперь я убедилась, что муж мой был прав в свое время, назвав его политическим авантюристом.


Н. Молчанов и О. Берггольц, 1930 г.

т. ФЕДИН – Расскажи о связи с Беспаловым <ошибка, имелся в виду Беспамятнов>.
Ответ: В быту он безупречен был. Молчанов, с которым я живу, познакомил меня с ним в 1930 г. в Казахстане. У меня умерла младшая дочь, муж страдал припадком. Потом заболела старшая дочь. Сама хворала. Эти несчастья сильно угнетали меня. Я работала, чтобы содержать семью и забыться. А с Беспаловым просто была знакома, совместной жизни с ним не было.

т. КРУЛЬ – Как задания давал тебе Авербах?
Ответ: Только по подбору людей в участии в Альманахе <»Год 16-й»>. О подборе подпольной писательской группы стали говорить только в апреле мес<яце>. А до этого я ничего не знала. Авербах был такой пройдоха, что он ясно мне не передавал свои взгляды.

Ошибки, которые я совершила, это первые ошибки, которые я совершила за всю свою жизнь. Меня упрекают, что не разоблачила я Либединского и других. <...> Он муж моей сестры. Я с ним держала связь, но не дружила. Он был очень тяжелый человек, мы часто с ним ругались.

ПРЕНИЯ

Тов. КАПИЦА – представитель Союза Советских Писателей.
Берггольц на нашем собрании говорила больше, чем здесь у вас. У ней знакомство с Авербахом было основательное, из многих знакомых исключены и арестованы теперь. У ней было стремление к людям с высоким положением. Это непартийное отношение. Она хотела пройти выше, к Авербаху, а это можно было добиться через Крючкова (который тоже сидит). <...> Союз Советских Писателей предлагает ее исключить.

Вопрос т. ФЕДИНА к т. КАПИЦА: А кто был Либединский?
Ответ: Либединский – троцкист, разложившийся человек.

Тов. БРЫКИН – представитель Союза Советских Писателей.
Авербах и группа вели работу по созданию новой подпольной группы. Фадеев, Панферов и др. игнорировали Горького, они задержали несколько писем Ромен Роллан<а>. <...> Эта группа пыталась ввести Авербаха в новое руководство ССП. Они перетаскивали людей и представляли хорошими романистами, а эти люди на самом деле даже письма не могли <на>писать. Эта группа была кадрами Троцкого. <...> Берггольц тоже была и вращалась в этой группе. Она всей правды не сказала, она вела себя неискренне. Ольга Берггольц неглупый человек, политически развитый и культурно. Она хотела вращаться в кругу власти имущих. Дружила с Авербахом – генеральным секретарем РАППа. У ней была с ним тесная связь, вела с ним переписку. Была связана с Макарьевым – правой рукой Авербаха, ныне расстрелянным. К Горькому не всякий мог попасть, но она через связь с Авербахом была у него. Опередила в этом других писателей. Она жила с Корниловым, дружила с Германом и т.д. Это стыдно признаться, что у нас был такой коммунист. <...> Что из себя представляет Ольга Берггольц? Она еще не доросла быть кандидатом партии, моральное состояние ее очень низкое. В ней ничего здорового нет. Все ее друзья по <пропуск в оригинале> арестованы и выгнаны из партии. Она умная женщина и развитая, но она виляет и многое скрывает.

Тов. РЕШЕТОВ - Самое неприятное и тяжелое это то, что она пришла в такую организацию и вместо откровенного признания все скрывает, не хочет быть искренней. Когда припирали к стенке, немного поддается. Я свидетель того, что она была связана с Авербахом. Однажды я вошел в гостиницу к нему, долго звонил, наконец, мне открыл дверь Авербах, красный, растрепанный, и покрыл меня матом, что я помешал в такой момент. Там была Ольга Берггольц. <...> Ее муж Н. Молчанов хороший человек, военный. Она говорит, что он болен, но ясно, что она довела его до этого. Авербах, Беспамятнов, Макарьев и др. – вот за кем она гонялась <...>

БЕРГГОЛЬЦ – Во мне много очень плохого, но, думаю, что есть элементы и хорошего. У Горького я была один раз. Меня привел к нему Маршак. Говорить, что я попала к Горькому через Авербаха и других – неверно. <...> Говорят, что у меня целая цепь ошибок. Да, мне это очень тяжело принять. До последнего момента я не теряла связи с заводом. Моя работа мне нравится, и я люблю ее. Выступающие т.т. Решетов, Капица и Брыкин сами были на неправильной линии, а стараются только меня обвинить.

Тов. КРУЛЬ - А что т.т. Решетов, Брыкин и Капица сказали правильно о тебе? Скажи.
БЕРГГОЛЬЦ – Они правильно сказали обо мне, что во мне много обывательщины. За связь мою с Авербахом критиковали правильно, о связи с Беспамятн<ов>ым тоже в основном правильно. К Добину у меня было неправильное политическое отношение. О бытовом разложении моем неверно сказано. Если есть у меня ошибки, то нельзя считать, что я конченный человек. Мне 27 лет, я могу быть полезным человеком и исправиться. Прошу оставить меня в партии, в любых условиях постараюсь доказать свою полезность.

Тов. СМИРЯГИН - Товарищи из Союза Писателей выступали, что у Берггольц была тяга к высоким людям Авербаху и др. Ответа на это она не дала нам. Очевидно, она не договорила до конца того, что есть на самом деле. Нельзя снимать долю вины нашей парторганизации, т.к. у нас Берггольц с 1931 г. Мы не сумели вовремя приостановить ее стремления, не сумели воздействовать на нее и не допустить до этого. <...> Она не может быть в партии. <...>

Тов. СУЕТОВ – Берггольц своей полуторачасовой речью много говорила, но конкретного ничего не сказала. Я сомневаюсь, чтобы она, имея такую дружбу с Авербахом и и авербаховцами, не знала их целей и идей. <...> Предлагаю ее исключить из партии.

Тов. ЕВСЕЕВ – Бросается в глаза ее неискренность. Мне припоминается, еще после 1929 г. примерно до 1931 г. было в РАППе какое-то грязное дело, не помню точно, какое, но там тоже участвовал Авербах. И в то время об Ольге Берггольц шли нехорошие разговоры <...> Предлагаю исключить ее из партии.

Тов. ФЕДИН – <...> В Берггольц много карьеризма и стремления к верху. Что, если не карьеризм, заставило ее изменять хорошему человеку, своему мужу Н. Молчанову, доводить его до 60-ти припадков в течение 2-х суток, а связаться с Авербахом, плешивым, некрасивым, как она говорит. Муж ее пишет в Союз Писателей заявление, что Авербах политический авантюрист и литературный проходимец, муж, видно, поплевывал на авторитет Авербаха, а она, Берггольц, испугалась, заволновалась, затрещала ее шкура карьериста. Результат получился такой, что Авербах ее обманул, муж стал больной, а ее жизнь, как видно, не научила <...>. Решение может быть одно: исключить из рядов партии.

Тов. Леонович – Мне кажется, что политические разговоры у Берггольц с Авербахом были. Она говорила, что он внешностью не отличался, но в нем что-то было, что ее привлекало к нему. Мне кажется, что литературные труды Берггольц переоцениваются. Она давно взялась работать по истории нашего завода, давала сроки, но до сих пор эта книга не готова. <...> Я на 10-м съезде ВЛКСМ был на галерке гостем, оказывается, что и Берггольц там была. Это определенно протекционизм, тяга к новым высоким знакомствам. Нужно ее освободить от звания кандидата ВКП (б).

Тов. КРУЛЬ – <...> Не может быть, чтобы с Авербахом были у ней чисто интимные отношения. Она знала, что Авербах сколачивал группу, а молчала. Считаю, что Берггольц нужно исключить из ВКП (б).

ПОСТАНОВИЛИ:

За связь с чуждыми людьми на литературном фронте, врагами народа Авербахом, Макарьевым, Майзелем и др., за противодействие в разоблачении вредительского руководства Союза Писателей Горелова, Майзеля, Беспамятнова и др., за потерю политического лица как в партийном, так и в бытовом отношении, за неискренность при разборе дела на партийном комитете – ИСКЛЮЧИТЬ БЕРГГОЛЬЦ ИЗ КАНДИДАТОВ в ЧЛЕНЫ ВКП (б).

В ноябре 1937 г. Берггольц была уволена с завода «Электросила». Но до ареста 14 декабря 1938 г. успела добиться восстановления в партии, впрочем, после ареста была опять исключена на заседании парткома «Электросилы» 22 декабря 1938 г., что было подтверждено решением Московского райкома ВКП (б) от 5 января 1939 г. Все это совершалось уже в отсутствие Берггольц, сидевшей в тюрьме. Однако после выхода на свободу Ольга была снова восстановлена в партии решением бюро райкома от 17 июля 1939 г. Без партии Берггольц не могла.

Упомянутые лица

Авербах Леопольд Леонидович (1903 – 1937), критик, публицист; один из основателей РАПП, генеральный секретарь РАПП (1926 –1932); был арестован 4 апреля 1937 г., 14 августа 1937 г. расстрелян.

Берггольц Ольга Федоровна (1910 – 1975), писатель.

Берман Матвей Давыдович (1898 – 1939), заместитель начальника (1930 – 1932), начальник ГУЛаг ОГПУ – НКВД (9 июня 1932 – 16 августа 1937); 24 декабря 1938 г. был арестован, 7 марта 1939 г. расстрелян

Беспамятнов Виктор Васильевич (1903 – 1938), секретарь Ленинградского отделения ССП СССР (до 4 февраля 1937 г.), председатель комиссии по чистке рядов ЛО ССП; был арестован 26 сентября 1937 г., расстрелян 17 февраля 1938 г.

Брыкин Николай Александрович (1895 – 1979), писатель, член РСДРП с мая 1917 г., участник гражданской войны, член Союза писателей СССР с 1934 г., член правления ЛО ССП CCCР (1934 – 1937), был арестован 23 июня 1949 г., в 1949 – 1954 гг. заключенный.

Герман Юрий Павлович (1910 – 1967), писатель.

Горбачев Георгий Ефимович (1897 – 1937), литературовед; арестован 20 декабря 1934 г., 16 января 1935 г. был приговорен к 5 годам тюремного заключения, 10 октября 1937 г. расстрелян.

Горелов (Перельман) Анатолий Ефимович (1904 – 1991), литературовед; первый секретарь Ленинградского отделения ССП СССР (1934 – 1937), главный редактор журнала «Резец» (1929 – 1937), был арестован 11 марта 1937 г., 21 марта 1937 г. приговорен к тюремному заключению на 10 лет; 2 июля 1940 г. срок был уменьшен до 5 лет.

Горький Максим (1868 – 1936), писатель.

Добин Ефим Семенович (1901 – 1977), литературовед, ответственный редактор газеты «Литературный Ленинград» (1935 – 1937).

Евсеев Федор Абрамович (род. 1907), редактор газеты «Электросила» (с 1935 г.), член парткома завода; брат Г. Файвиловича, оргсекретаря Ленинградской ассоциации пролетарских писателей (ЛАПП); на этом же заседании 29 мая 1937 г. за неприятие мер по разоблачению врагов народа было решено поставить вопрос о выводе Евсеева из состава парткома завода.

Капица Петр Иосифович (1909 – 1998), писатель, ответственный редактор журнала «Костер» (1937 – 1938), заместитель редактора журнала «Звезда» (1946 – 1964).

Корнилов Борис Петрович (1907 – 1938), поэт, первый муж О. Ф. Берггольц (1926 – 1927); был арестован 19 марта 1937 г., расстрелян 21 февраля 1938 г.

Круль Иван, секретарь партийного комитета завода «Электросила», был арестован в январе 1938 г., вследствие чего Берггольц испытала большое удовлетворение.

Крючков Петр Петрович (1889 – 1938), юрист, сотрудник ГПУ – НКВД, секретарь М. Горького, был арестован в конце 1937 г., расстрелян 15 марта 1938 г.

Левин Лев Ильич (1911 – 1998), литературовед.

Либединский Юрий Николаевич (1898 – 1959), писатель, муж М. Ф. Берггольц.

Майзель Михаил Гаврилович (1899 – 1937), литературовед, зав. отделом критики журнала «Литературный современник»; был арестован 6 ноября 1936 г., расстрелян 4 ноября 1937 г.

Макарьев Иван Сергеевич (1902 – 1958), критик; секретарь РАПП (1925 – 1932), был арестован 6 апреля 1936 г., приговорен к заключению на 10 лет, реабилитирован в 1955 г.

Маршак Самуил Яковлевич (1887 – 1964), писатель, переводчик.

Молчанов Николай Степанович (1909 – 1942), литературовед, сотрудник Публичной библиотеки (1938 – 1940), второй муж О. Ф. Берггольц (с 1930 г.).

Панферов Федор Иванович (1896 – 1960), писатель, главный редактор журнала «Октябрь» (1931 – 1954 и 1957 – 1961).

Решетов Александр Ефимович (1909 – 1971), поэт.

Роллан Ромен (1866 – 1944), французский писатель; его женой была русская – Майя Кудашева, по неподтвержденным сведениям, знакомству Майи Кудашевой с Р. Ролланом содействовало ОГПУ, под влиянием русской жены Роллан стал поклонником сталинского этатизма.

Фадеев Александр Александрович (1901 – 1956), писатель, один из лидеров РАПП (1926 – 1932), с 1934 г. –член правления и президиума ССП СССР.

Чумандрин Михаил Федорович (1905 – 1940), писатель.

Щербаков Александр Сергеевич (1901 – 1945), оргсекретарь ССП СССР (с 1934 г.), зав. отделом культпросветработы ЦК ВКП (б) (с 1935 г., по совместительству), второй секретарь Ленинградского обкома ВКП (б) (1936 – 1937).

Справка

Авербахи, Свердловы и Горький

У Михаила Свердлова (хозяина граверной мастерской в Нижнем Новгороде) и его первой жены было три сына - Зиновий, Яков, Вениамин, и дочь Софья.

Зиновий был усыновлен Максимом Горьким. Зиновий Пешков дослужился до звания генерала Франции.

Второй сын Яков - первый председатель ВЦИК. Умер в 1919 году.

Третий сын Вениамин, владел банком в Америке. После революции вернулся в Россию, был назначен наркомом путей сообщения. В 1939 году расстрелян.

Софья Свердлова вышла замуж за владельца пароходной кампании Леонида Авербаха. У них родилась дочь Ида и сын Леопольд.

Ида Авербах была замужем за наркомом внутренних дел Генрихом Ягодой. Дослужилась до должности заместителя прокурора г. Москвы. В 1938 году расстреляна.

Леопольд Авербах – возглавлял Российскую ассоциацию пролетарских писателей. В 1937 году Авербах был арестован как троцкист и шпион. Также его обвиняли в смерти сына Горького. Пьяный Максим Пешков уснул на скамейке, заболел пневмонией и умер. Следствие сочло, что Авербах спаивал сына писателя с далеко идущими намерениями. Авербаха расстреляли в 1937 году.

Считается, что черты Авербаха угадываются в председателе МАССОЛИТА Берлиозе из «Мастера и Маргариты» Булгакова.

 

Поделиться:

Также рекомендуем прочитать:
| В магазине «Пиотровский» пройдёт презентация новой книги Анны Кимерлинг
| «За что?»
| Умер Лев Нетто
| Проект 37/17. География репрессий. Пермские историки запустили проект «По дороге памяти»
| «За оскорбление чувств ветеранов войны». Как в Германии под давлением нацистов запрещали фильм, снятый по роману Ремарка «На Западном фронте без перемен».
| Номера вместо имен. Историк Виталий Семенов — о том, как гибнет историческая память
| "Мемориал" – о строителях канала имени Москвы
| Последний адрес. Почему важно помнить о жертвах «Большого террора»
| На «Аллее правителей» в центре Москвы решили установить памятники Ленину и Сталину
| Историк Борис Колоницкий: Я не хочу, чтобы меня учили патриотизму

blog comments powered by Disqus